Немало времени мы провели у Гюдльфоса (как мне подсказывает википедия, в прошлом посте я неверно именовал это водяное чудо природы). Тронулись в путь уже без немцев – мы для них слишком быстрые. Это Андрей постарался, хотя обычно он – образец неспешности. Видимо, хотел от них избавиться поскорее.
По пути пересекли ту самую реку Хвитау, на которой водопад, место живописное, скалы основательные, как куски чёрного шоколада на развес, что продаётся у нас на центральном рынке.
Река Хвитау мутная, потому что ледниковая
Вытекает она из того самого ледника Хофсйёкудль, что был на горизонте в предыдущей части. Там, до него, кстати, было 20 км.
Табличка расскажет нам, чего тут хорошего рядом имеется
На инфостенде интересная история: в 1907 году приезжал король Фредерик Седьмой, и для него пришлось построить самую затратную дорогу в истории Исландии – Конгсвегур.
В городах Исландии, и даже просто на круговом движении часто встречаются статуи монументального характера. Эта ещё хоть порыв какой-то имеет, а часто всё совсем уж вулканическое и суровое. Это, правда, известная исландская тема – в дизайне и архитектуре национальные мотивы практически обязательны. Мотивы эти незамысловаты – камни, вулканы, вулканические камни и каменистые вулканы. Иногда для разнообразия добавляют узорчатую овечью шерсть.
Дорога из Гудльфоса через Флудир нас не очень-то впечатлила, так что оставаться ночевать там мы не захотели, да и рановато ещё было, часов 16. Вместо этого перекусили в магазе, поели “soft ice-cream”, то есть мороженого, которое наливают из автомата, в итальянском наверное стиле. Оно очень вкусное и так, но сверху его посыпают всякими там сникерсами, макают в белый или тёмный шоколад, а даже в нутеллу, если захочешь. Стоит, конечно, три лата за штуку (большое), чем вызывает у меня закономерную оторопь. Это пока что, ещё не пообвыкся к не укладывающимся в голову безумным ценам.
Немного заправившись, мы двинули дальше, в Арнес, благо там тоже есть кемпинг. И вот тут уже по пути я увидел нечто, опять напомнившее мне, насколько прекрасны могут быть моменты в жизни, которые дают нам путешествия. А ведь всего-навсего мне показались холмы под солнцем, на которые падала изменчивая тень от облаков, играя полутонами зелёных и серых красок.
Вот фото волшебства, но смотреть на это надо в динамике, статика не даёт ощущения сказки
По пути видны причудливые скальные образования
Прикольная текстура у воды
Ппопросил панка сфоткать линии электропередач, красивые
Кто тут говорит, что технологические объекты всегда портят вид природный вид? Иногда они его очень даже разнообразят и украшают. Просто для этого надо чувство красоты иметь всеобемлющее, а не выборочное.
Есть и такие роботы без головы
С речушками тут всё в порядке
Дорога пока хорошая, претензий нет, хотя местами, помнится, была грунтовка
Устали мы уже порядком, но тут нас ждала совсем уже безумная красота. К вечеру у меня всегда настроение хорошее, особенно если дофаминовые рецепторы простимулированы чрезмерным вкручиванием, и когда видишь такой пейзаж, эйфория накатывает не хуже чем от влюблённости.
Навыки навигации подсказали мне, что на горизонте – знаменитый вулкан Хекла
Он же вблизи
И так мы видами этими увлеклись, что даже в Арнесе не остались ночевать. Вот что природа животворящая с людьми делает! Волшебная сила искусства, помноженная на сто, так мы ощущали вулкан и пойму реки на горизонте.
Забрались даже на специальный обзорный пункт, куда вёл указатель.
Я при взгляде на это фото и сейчас эмоции сдержать не могу, так потрясающе
Андрей проверяет мои нервы, балансируя на краю обрыва при сильном ветре
Птиц в Исландии видимо-невидимо, вестимо, ппотому что рыбы в море изрядно. А вот млекопитающими Дарвин обделил – всего-то арктическая лиса, нам более известная как писец.
Из обзорного пункта покатили дальше, в кемпинг Sandartunga. Последний располагался среди живописных кустов, редкий случай в Исландии – густая растительность. К сожалению, ввиду его натуральности и экологичности, сей достойный пункт ночёвки лишён был стандартных удобств, ожидаемых детьми цивилизации вроде нас: как-то душа и электричества. Стоил он ввиду этого 3 лата вместо пяти, но платить только за туалет и холодную воду бедным латвийцам как-то неловко. К счастью, никаких признаков живых купюросборников ака смотрителей видно не было, только металлический почтовый ящик. Под давлением обстоятельств наша мораль просела, и класть баблос в ящик мы постеснялись. Правда, открыли его из любопыства, обнаружили пачку крон достоинством латов в 25, и записку на французском, но остатки совести приказали ящик захлопнуть, пока ручки загребущие ещё не потянулись к излучающим жизненную силу бумажкам.
В кемпинге, в качестве компенсации за вкусный суп в обед и чарующий вечерний пейзаж, с нами случился очередной бипбип. Андрей ВДРУГ понял, что где-то забыл рюкзак со всеми своими сбережениями и документами. Тут уже я не удержался от язвительной мысли. Помнится, что когда у меня украли велик, он сказал, что хотел бы, чтобы с ним случилось то же самое, потому что это большое потрясение в жизни, шанс что-то изменить. “Вот и тебе выпал такой шанс!” – подумалось мне. Но, как нас учат на йоге, мысли, они как облака – приходят и уходят. Так и эта мысль ушла, потому что по натуре я вовсе не злой, и всё-таки хотел конечно, чтобы сумка Андрея нашлась. Обмозговав это дело, он решил, что последний раз снимал её на том самом обзорном пункте десять километров назад. Пришлось ему туда нестись на всех парах.
Тем временем, жизнь в кемпинге кипела. Из-за обилия кустов не скажешь, что люди есть, но тем не менее, их хватало. Пожилая чета исландцев, не говорящих на английском, зарядила мне телефон в своём забавном минибусике с диваном внутри. Прибежала девочка-датчанка с терминалом оплаты, сообщила, что работает тут няней на лето, а в кемпинге подрабатывает по выходным, приезжает бабло собрать с постояльцев, что она со мной успешно и осуществила, так что не вышло нам свои моральные обеты в этот раз нарушить.
Пока Андрей неспешно, по своему обыкновению, катался за рюкзаком, я обнаружил мангал, насобирал с кустов сухих веток, чтобы сэкономить газ, и стал варить мексиканский суп из пакетика.
Мимо меня несмешно брёл архитипичнейший исландский мужик в сером узорчатом шерстяном свитере, серых же шерстяных брюках, и даже по-поему в такой же шапке, хоть и не серой. Он как-то по-своему, на исландском, говорил “кыс-кыс-кыс”, и цель его брожения стала мне кристально ясна. Чтобы окончательно в ней меня уверить, он меланхолично произнёс: ”Ты тут кота не видел?”.
Естественно, ничего ответить кроме как: ”А ты – сумку с деньгами?” я не мог. Не менее флегматично, чем в первый раз, он произнёс: ”А там есть имя владельца? Если да, то волноваться нечего, найдут и вернут”.
Из этой простой фразы и денег, лежащих в почтовом ящике бзе присмотра, вы можете понять, что значит жизнь в стране, где почти нет преступников. Цифры статистики – одно, но когда сам сталкиваешься с бытовыми мелочами, которые их подверждают, веры сразу больше – так уж устроены наши мозги.
Что же касается Андрея, то не волнуйтесь – рюзкак он нашёл, там где и ожидалось, и даже успел к ужину.
